“Другая Шойна”

“Другая Шойна”.

С большим интересом просмотрел почти часовой видеоматериал о Шойне, моей Малой Родине. “Аномальный Поселок в Арктике”. Так назвал свой видеорепортаж московский блогер Антон Лядов, автор Ютьюб канала “The Люди”. Спасибо автору за видео.

Я помню Шойну с начала пятидесятых годов, прожил в этом становище, позднее поселке и наконец сейчас селе больше тридцати лет. О Шойне много лет собирал материалы. Издал на ЛитРес свои книги – воспоминания о Шойне. Создал сайт о нашем Северном Крае, где целый раздел посвятил Шойне.

Несколько дней смотрел комментарии к этому видео материалу. Их на сегодня уже около десяти тысяч. Видеоролик посмотрело более двух с половиной миллионов человек. Мурашки по коже идут не от просмотра видеоролика, а от многих высказанных комментариев к нему. Диапазон мнений об увиденном очень широкий, от благодарственных до оскорбительных слов и в адрес автора и села и людей там проживающих. Понятно, что, сколько людей столько и мнений. Но! На мой взгляд, прежде чем комментировать, нужно если не пожить годик там, то хотя бы побывать в тех местах или хотя бы побеседовать со старожилами. Людям, там продолжающим жить, нужно, помогать хотя бы добрым словом, а не оскорблять или унижать их.

О Шойне, как поселении

За годы своего существования Шойна менялась, становилась “Другой Шойной” не один раз. Это завесило от времени и от людей, судьба которых сводила с этим уголком земли нашей.

Это пустынное, безлюдное место, посещаемое в основном лишь кочевниками – оленеводами, и то в летний период, в девятнадцатом столетии.

В дореволюционный период это любимое место рыбаков – поморов, которые на своих ладьях приплывали сюда в это богатое рыбой и морским зверем место. Позднее часть, из них построив жилье, стали постоянными жителями. Постепенно их количество увеличивалось, образовалось рыбацкое становище.

Участие государственных структур началось в тридцатые годы двадцатого столетия. Оно знаменательно тем, что началось промышленное и жилищное строительство, которое продолжалось и в послевоенный период. Пятидесятые годы называют “Золотым веком Шойны”.

На начало шестидесятых годов приходится пик развития Шойны. Из-за запрета правительством вылова рыбы в районе полуострова Канин поселок стал неперспективным. В шестидесятых – семидесятых годах это уже опять “Другая Шойна”. Про неё у меня много написано в мемуарах. Не буду повторяться. Одно могу сказать, что говорить будто – бы люди там ленивые, не могут даже откопать себя, не правильно и оскорбительно. Говорить так может только тот, кто видимо сам в руках лопаты никогда не держал.

На сегодняшний день это опять “Другая Шойна”. Многие дома, постройки тридцатых – пятидесятых годов, снесены не по причине заноса песком, а по причине ветхости. Построено несколько новых жилых домов, новая электростанция. Люди продолжают там жить и верить, что здравый смысл восторжествует когда-нибудь и в Шойне снова возродиться рыбная промышленность, северяне снова будут кушать свою, более свежую беломорскую рыбу. Ведь эти люди продолжают жить в этом месте, не смотря ни на что. А это ведь Арктика, о которой сегодня так много пишут и говорят. И пока еще не покинутая совсем людьми.

Не так давно жители Шойны сами выполнили и поставили Памятник
Рыбаку. По этому случаю я сочинил экспромтом стих.

У моря Белого, на самом берегу,
Поставлен памятник простому рыбаку.
И в наши дни и в давние года,
Рыбацким счастьем та земля озарена.

На месте, с давних пор прославленном, рыбацком,
Поселке Шойна, что в народе назывался – рыбный Клондайк.
На основании гранитном, стоит рыбак, он будто монолитный,
Из древа вырезан тот образ рыбака, умельцем местным, сыном Рыбака.

Богатства моря северной земли,
Открыли люди моря, поморы – рыбаки.
Давным-давно, столетия назад.
Приплыли наши прадеды сюда на карбасах.

Места искали рыбные по морюшку они,
Вдоль Канинского берега до Грумантской земли.
Из Холмогор, с Архангельска, с поморских деревень,
Сюда, где был хозяином кочевник и олень.

И с той поры, на Канине, наперекор штормам,
Живут поморы семьями, привычные к ветрам.
Дома здесь понастроили, скотиной завелись,
Рыбацкий труд освоили, охотой занялись.

В двадцатый век особенный, в военные года,
Ловили рыбу тоннами морские сейнера.
Акул, белух десятками вылавливали здесь,
И под погрузку суднами залив был занят весь.

Всю жизнь поморы-рыбаки ловили рыбу у реки,
Не зря зовет простой народ наш край камбальною страной.
И каждый год на берегу, сельчане ловят камбалу,
И млад и стар все у реки ведь ждут удачи рыбаки.

И праздника “День рыбака” роднее нет у рыбака,
Гуляньем “Поветерь” отныне отмечен день этот счастливый.
Споют хористы песню дружно, баян сыграет, и уха,
Дождется с ложкой земляка.

На мой взгляд, печатающаяся в последние годы цитата: “Шойну заносит песком из-за того, что в советский период, когда тралили рыбу, повредили дно моря” абсолютно неверна. Кстати та же фраза звучит и в этом материале Антона Лядова. Вот некоторые комментарии к нему:
“Вот вам, пожалуйста, советская власть, что делала, испортила фауну моря, только ради выгоды! Зачем? Ни чего хорошего не ждите там, где соприкасалась советская власть и природа!!”. “Тралили рыбу, а затралили поселок” и т.д.

Пусть мне в 50-х годах было ещё не много лет, но я помню и могу с уверенностью утверждать, что при массовом вылове рыбы в прибрежных водах Канина полуострова, мотобота уходили в море к мысу Канин нос или севернее его. Об этом можно много найти материалов при желании даже в интернете.

На мой взгляд, это очередная выдумка осквернить все советское, не более. В годы войны такие рыболовецкие поселки на севере снабжали фронт и тыл страны рыбной продукцией. Поселок и живущие там раньше и теперь люди заслуживают уважения. В Шойне в военные и послевоенные годы была сформирована крупнейшая база тралфлота Архангельской области. Это не то, что кто-то выдумал, чтобы загубить дно моря. Шойна это район удобный для быстрой доставки, выловленной в море продукции. Здесь она проходила обработку и даже консервирование, а затем транспортировалась на большую землю.

Это место и тогда и сейчас богато рыбными ресурсами. Правда, сейчас считают, что выгоднее возить до Архангельска рыбу с Дальнего Востока, чем ловить под носом. Вот только кому эта выгода достается.

В 1948 году мать привезла меня в Шойну в возрасте 2-х лет, и уехал я оттуда, когда было мне уже 38. Помню, что песок и огромные песчаные барханы вокруг поселка в Шойне были всегда, даже в годы войны. На мой взгляд, искать причины нужно в другом. Если посмотреть карту побережья северных морей из космоса, то можно таких песчаных аномалий найти много. Возьмите село Кузомень на Кольском полуострове. А на побережье Печерского моря, сколько песчаных территорий?

Теперь о людях, в разные годы проживающих и ныне живущих в Шойне
Вот некоторые комментарии: (отрицательных и оскорбительных не привожу)

“Какие мужественные люди живут в Шойне. Мое уважение. Добрые, искренние”. “Женщина в 92 выглядит лет на 75, обалдеть! и правда классные там люди живут, одухотворение в них какое-то есть”, “Да, во время одной нашей экспедиции были в Шойне. Место уникальное. Люди прекрасные, замечательные там, прямые, честные, настоящие. И Валентина молодец, борется за посёлок изо всех сил. Хотим снова побывать в Шойне”, “УНИКАЛЬНОЕ МЕСТО! Удивительные люди! Своеобразный духовный мир …”, “Люди – самое дорогое, что есть у Шойны. Крутое видео!”.

Полностью согласен с авторами этих комментарий. На мой взгляд, есть как минимум три категории шоинских людей. Во-первых, это те, кто и сегодня там живут. Это порядка двух – трех сотен. Во – вторых, люди, которые прожили здесь год и более лет, но были вынуждены, затем выехали в другие места проживания по различным причинам. Ну и, в – третьих, те люди, которых судьба на время сводила с Шойной, хотя основное место жизни у них было другим: сезонные рабочие, военнослужащие, командированные и т.д. И вот этих вторых и третьих тысячи и тысячи.

У каждой категории людей свои оценки этого небольшого уголка России. Да и как они могут быть одинаковыми. Те, которые и сегодня продолжают жить в Шойне, постоянно сталкиваются с происходящими там событиями, трудностями и радостями жизни в этих условиях.

Другие, проживая в более комфортных жизненных условиях, вспоминают об этих краях. Конечно это не одно и то же. Я отношусь ко второй категории.

Зачем люди здесь живут? Да затем же зачем живут те, кто задает эти вопросы, проживая в городах и селах нашей страны. У сторожил – это малая Родина. Странно, но Шойну и людей, там живущих, с большим уважением и даже любовью вспоминают и те, кто там служил или был направлен, на время работать, даже те, кто побывали только в командировках.

Но есть и общее – любовь к этому краю какая-то необъяснимая тяга снова вернуться туда.

Не так давно написал стих на эту тему:

Далёкая, но близкая

Шойна, Шойна! Далёкая, но близкая,
Ты как маячок в морской дали.
Зазываешь нас к родному берегу,
В край родной, где детство провели.

Не даёшь забыть нам нашу родину,
Северных просторов красоту.
Море, сопки, тундру и людей отчаянных,
Что живут на краешке земли.

Мы давно ушли в далеко плавание,
Каждый, выбрав свой по жизни путь.
И потери были в жизни, радости,
Но забыть тебя мы не смогли.

Отчий дом, тропинку нашу школьную,
Что, в конце концов, нас увела.
Из родного края в дали дальние,
По дорогам жизни и судьбы.

Край суровый, милый сердцу нашему,
Позабыть тебя не в силах мы.
Вспоминаем те года, что прожили,
На просторах Канинской земли.

Посылай же луч свой в дали дальние,
Где живут все наши земляки.
Помнят пусть родной причал, где начали,
Путь свой жизненный, где выросли они.

Гудаев М.В.
Новодвинск. 5 сентября 2021 года