Уникальные и самобытные

Уникальные и самобытные

Один день из жизни ненецких оленеводов

Уполномоченный по правам ребёнка в НАО Галина Гуляева – о поездке на День оленя в общину «Ямб то».
В аэропорт прибыли в 9.00, но в вертолёт сели только в 15.30. Непогода, туман, обычное явление. С утра начали отменять один рейс за другим, но нас держали. Когда мы уже были уверены, что не полетим, объявили посадку.

На борту представители общины «Ямб то», колоритные, необычные, бойко разговаривающие на ненецком языке. Женщины в самошитых ярких сарафанах с такими же яркими фартуками и косынками. Мужчины невысокого роста, коренастые, с зоркими карими глазами. Неподалёку ляльки в самодельных люльках, рядом детишки постарше. Такие же яркие, как родители.

Тундровый поход

Также летели представители власти и силовых структур, социальные и медицинские работники, общественники.
Среди пассажиров – Галина Анатольевна Артеева, маленькая, очень добрая женщина. Она многое знает о кочевых ненцах, их обычаях, культуре. Врач с большим стажем, много раз летала в тундру. Она всегда готова помочь детям тундры, для которых город словно непонятный и далёкий мир.

В вертолёте тряска. Голова гудит – ощущение, будто язык бьёт в огромный колокол. Многие дремлют. Кто-то ест колбаску, и тряска им нипочём. С нами летит молодая мамочка. На вид лет 20. Её малыша увезли рейсом санавиации в город ещё в апреле. Девушка с ним не полетела, осталась с мужем в сложное для кочевых людей время разлива рек и таяния снега. Малыш прилетел в Нарьян-Мар без заявлений, документов. Четыре месяца мы ломали голову, как его устроить? В итоге нашли выход – присвоили ему статус оставшегося без попечения родителей и поместили в приёмную семью. Приёмная мама привязалась к нему как к своему, но родная прилетела в Нарьян-Мар и сейчас летит с подросшим Валей (имя изменено) домой, в родной чум.

С собой у всех палатки, спальники, тёплая одежда, провиант. Меня предупреждали, что в тундре холодно, но в вертолёте так жарко, что мысль о замерзании кажется фантастической.

Завтра лететь обратно, но надо многое успеть: провести беседы с родителями общины о правилах отправки детей на рейсах санавиации, дабы не повторилась история малыша Вали, побывать на праздновании Дня оленя.

Прилетели в 18.00. Оказалось, что не там, а сразу перелететь невозможно: сильный туман.

Оставили поклажу и пошли своим ходом. Три километра по прямой. Ерунда. А на самом деле вышло все семь, а по ощущениям – все 25. Светло, хоть и поздно. Ни одного комара. Кругом настоящая тундра, ни кусточка. Огромные, широкие сопки. Вскоре столкнулись с непреодолимым препятствием: река разлилась, даже в сапогах не перейти. Что делать? Вода холодная.

Вдруг из тумана появилась упряжка оленей с санями и два квадроцикла. Зная коварство речушки, нас поспешили встретить. Переправа всех взбодрила, и с новыми силами мы двинулись дальше.

У стойбища к нам навстречу шли четыре красавицы из «Ямб то» – румяные, весёлые, ярко одетые. Мы сразу почувствовали прилив сил. Дошли, ура!

Рядом, но так далеко

Я побывала в ином измерении, увидела невероятно сильных, очень самобытных, добрых, чистых людей, живущих рядом, но так далеко. Они говорят на ненецком и немного на русском. Их не коснулась всеобщая коллективизация XX века, они пользуются всеми благами цивилизации, у них есть телефоны, квадроциклы, мини-электростанции. Но бытовые условия непростые. При этом все невероятно добрые и застенчивые, счастливы, что принимают гостей, рады любым, даже самым незатейливым подарочкам.

Традиционно на Дне оленя все соревнуются: бросают тынзей, топор, проводят рукопашный бой, прыгают через нарты, и, конечно, главное зрелище – гонки на оленьих упряжках. Сильны их мужчины и женщины. А как иначе?

Праздник начался сразу после нашего прибытия в общину и продолжался всю ночь. Известно, что никто из общины не употребляет спиртное, они верующие люди и заботятся о детях, не было ни одного случая лишения родительских прав общинных ненцев. Вот оно, ответственное родительство!

Отдельно скажу, что самое вкусное мясо на свете я попробовала именно там! Щедро угощают гостей и мясом, и бульоном, потом все пьют чай. На столе множество вкусностей: конфеты, печенье, сгущёнка. Согреться чаем в чуме так приятно!

Все приезжие горожане задают себе один и тот же вопрос: как они всё время так живут? Это ведь сложно! Ладно сейчас лето, хоть оно и похоже больше на холодную осень, но впереди зима и лютые морозы. А надо кочевать, убирать и снова ставить чум, найти дрова, всех накормить, за водой сходить и много всего успеть. А ведь ещё есть стадо оленей, за которым нужно следить! Голова идёт кругом от этих мыслей. Точно знаю, что я бы так не смогла жить. Привыкли мы к тёплым домам, к воде, бегущей из крана, к отпуску на тёплых морях. А у «Ямб то» своё море – суровое, ледяное, неприступное! Спрашиваю у оленевода Ивана, купался ли он когда-нибудь в Карском море? Он вспоминает и говорит, что три года назад жара была, и вода в море была терпимой.

А в чуме всё равно лучше

Они никуда не выезжают, всю жизнь живут в тундре, чаще бывают в Воркуте, чем в окружной столице. Моя собеседница Ульяна, молодая незамужняя девушка, говорит, что была на операции в Санкт-Петербурге. Улыбается и признаётся, что в чуме лучше.

Женщины шьют сарафаны: чем ярче, тем лучше. И ещё фартук, тоже очень красивый. Для этого в каждом чуме есть швейная машинка. А вот паницы, малицы, пимы шьют руками. Дети в холодную летнюю погоду одеты в лёгкие малицы: полная защита от ветра, холода, дождя и гнуса.
Провожали нас все: это так приятно. Мы улетели, а община «Ямб то» продолжит жить по своим законам и обычаям. Дай им бог сохранить свою уникальность, самобытность и не исчезнуть в нашем цивилизованном мире.

Автор — Галина Гуляева

Ссылка на источник — nvinder.ru от 8 августа 2019