Тридцать три года, как один день

Августа КанюковаТридцать три года, как один день. На торжество, посвященное Дню оленя, которое пройдет в КДЦ «Арктика», Августа Канюкова приехала из села Несь. 3 августа будут чествовать старейших работников оленеводческой отрасли. Когда мы попросили ее рассказать о своей работе, она смущенно заулыбалась:

— Даже не знаю о чем рассказывать. Работа, как работа. Все так работают. Весной кочевали на Канин, осенью — на Мезень.

Когда она улыбается, из уголков прищуренных глаз брызжут озорные лучики. Смуглое лицо и натруженные руки «с головой» выдают человека, связавшего свою жизнь с тундрой, с природой и кочевьем. Августа Васильевна Канюкова 33 года отработала в тундре чумработницей.

Говоря, что «все так работают», она лукавит. Мне трудно представить свои рабочие будни без утреннего душа, без телефона и чашки горячего кофе, а тридцать три года в безмолвной тундре: с трескучими морозами и пронизывающими ветрами зимой, с «заедным» комаром и мошкой летом, — не все такое выдержат.

Родилась она в августе 1948 года в тундре на озерах, близ речки Вижас. Мать и отец Августы Васильевны были оленеводами. Так что о выборе профессии дочери речи не шло. Да, и повзрослела она рано. Едва стукнуло 18, она вышла замуж и стала чумработницей десятой бригады колхоза «Северный Полюс».

Труд чумработницы — ежедневная рутина, не знающая отпусков и выходных дней. Вставать приходилось рано, чуть свет.

— Надо затопить печь, испечь хлеб, приготовить пастухам еду, дров принести, детей накормить, — перечисляет Августа Васильевна. — Если зимой в чуме холодно, железную печку целый день надо топить. Спать приходилось мало. Дел по хозяйству было — хоть отбавляй. Целыми днями на ногах. Ложилась за полночь, а вставала до рассвета.

Вот уж, женская доля, в буквальном смысле слова — поддерживать очаг, следить за теплом и уютом в жилище.

— Когда молодая была, усталости не знала. Работать было интересно. Одежду шила для себя, мужа и детишек. Умею шить малицы, бурки. Единственное, паницы и шапки шить не доводилось. Здесь на помощь мне всегда приходила мама. Она была мастерицей в швейном деле. Рыбачить люблю. Муж у меня был заядлый рыбак. Он меня пристрастил к рыбалке, — продолжает рассказ Августа Васильевна.

Об оленях она говорит как о членах семьи:

— У меня одна важенка копыткой болела. Хозяин ее маленькой привез — «на мясо». А я вылечила, выходила. Вот и жила она около моего чума, верой и правдой служила. Да так от старости около чума и умерла. Олени — они верные и ласковые животные. Жалко их, выращенных своими руками, на мясо отдавать. А приходится. Сердце кровью обливается. Никогда на это зрелище не смотрю. Сколько я их выходила и вылечила — не сосчитать.

С мужем Валерием Михайловичем они прожили душа в душу 41 год. Вырастили и воспитали девятерых детей. У Августы Васильевны восемь внуков и один правнук.

— В тундру до сих пор тянет, — говорит она. — Тундра в любое время года красивая. Зимой люб-лю смотреть, как снег серебрится, осенью мне милы яркие краски тундры, ягоды поспевают, грибы. Ну, а весну и лето, когда пробуждается природа, все цветет и зеленеет, думаю, любят все. А как красив Канин Нос! С одной стороны — Белое море, с другой — Баренцево. Ночью на Канине особенно красиво смотрятся огни проходящих мимо кораблей.

Дети меня сейчас в тундру не отпускают. Сердце пошаливает. Вот и боятся они за мое здоровье, — растерянно заключает Августа Васильевна.

И, помолчав, задумавшись о чем-то своем, добавляет:

— Кочевая жизнь до сих пор снится. Будто никак повозку не успеваю собрать. А наяву — тридцать три года работы пролетели, и не заметила. Как один день.

Беседовала Валентина Козьякова

Ссылка на источник — nvinder.ru от 2 августа 2012 г.