Люди снега

Люди снега.

«…Александра, Александра, этот округ наш с тобою, стали мы его судьбою…», – так и хочется переиначить известную песню, начиная свой рассказ о женщине, которая знает свое место. В самом хорошем смысле, без всякой иронии. Героиня этой рубрики сознательно выбрала кочевую жизнь в тундре, несмотря на высшее образование и соблазны цивилизации.

Первая встреча с Александрой Латышевой состоялась необычным образом. Наша третья по счету снегоходная арктическая женская экспедиция, о которой читайте в ближайшем выпуске «НВ», шла в Несь на оленеводческий праздник «Канин мэбета». За спиной около двухсот километров дороги, и силы наши были практически на исходе. До села оставалось совсем немного, на часах десятый час вечера. И вдруг в чернильной темноте неровный свет фар выхватил совсем рядом, на обочине, неподвижные фигуры. Зрелище было феерическое. Мы словно в замедленной съемке проехали мимо театра восковых фигур. Очертания чумов, людей в паницах и совиках, оленьих упряжек – все было неподвижно. И лишь собака, кинувшаяся облаивать наш снегоход, развеяла страх. Стало понятно, что это не морок и не чудовищная инсталляция. Просто мы проехали мимо чьей-то оленбригады, которая, как и мы, спешила на праздник в Несь. И их пугающая неподвижность – усталость больше нашей. Живых оленей гнать – не гашетку на снегоходе жать.

– А, это вы были?! – смеется Александра Латышева, чумработница бригады № 5 СПК «Канин». – Мы ваши снегоходы видели в тундре издалека, потом обогнали. И перед Несью решили вас пропустить вперед.

Так состоялось наше нечаянное знакомство с необычной женщиной, которая выбрала в жизни свою воргу. В Архангельской губернии это слово означало дорогу вдоль русла реки к ее истоку. В переносном смысле – трудный путь к высокой цели.

Праздник каждый день
Второй раз с Александрой Латышевой довелось увидеться на «Канин мэбета» в Неси, 9 марта. Аккурат на следующий день после Международного женского дня, который в России приобрел особый статус и размах стихийного бедствия. Внимание к женщине привлек красивый национальный наряд и высокий, на канинский манер, головной убор.

– Как женщин в тундре поздравляют? – удивляется чумработница. – Мужу моему некогда было. Уехал рано за оленями, пригнал их, связал, в упряжку запряг. И мы поехали в Несь. Целый день шли, ни о каком 8 Марта и не думали, – бесхитростно улыбается Александра. – И все эти современные праздники мы в тундре, как правило, не отмечаем. У тундровиков праздничные даты свои: ненецкие и христианские. Причем они мирно друг с другом уживаются. Для нас значимые даты: это Покров, Ильин день и ряд других. Тогда стараемся отдыхать, особо не трудимся. Например, я в этот день не шью, а супруг топор в руки не берет без особой надобности.

В гонках «Канин мэбета» Саша участвует четвертый раз. Не оставляет мечты прийти к финишу первой. Но пока удача не на ее стороне, сетует чумработница. Раз занимала второе место, но разве ненецкая амазонка этим успокоится?

Забегая вперед, скажем, что и на этот раз Александре не удалось победить. Зато эффектный заезд, когда ее красиво украшенная упряжка летела стрелой, отметили все. Множество ярких лент, высокая шапка сбилась, ветер в черных локонах гуляет как у девчонки – адреналином словно смыло прожитые годы. Не уступал соперникам и ее супруг Иван Поликарпович, руководитель пятой оленбригады.
– В «Канин мэбета» участвую каждый раз, – говорит Иван Латышев. – Раз пять уже бывал то в Оме, то в Неси. Кровь играет, ко-гда олени к финишу бегут. Разные случаи бывают. Вплоть до того, что с саней лететь приходилось.

Женщина года
В марте 2016 года наша героиня была удостоена высокого звания и ежегодной региональной премии «Женщина года». Тогда Александра Латышева победила в номинации «Хозяйка тундры», но на церемонию не приехала. Не оставила мужа Ивана Поликарповича одного в чуме скучать. Семья Латышевых в Канинской тундре на особом счету. Честно сказать, не знаю, есть ли еще в округе такая. Чтобы муж и жена с высшим образованием, но в городе на теплом месте не сидят, а кочуют, как и все.

Александра Анатольевна из потомственной семьи оленеводов. После школы окончила филфак университета имени А. И. Герцена в Санкт-Петер-бурге. Супруг – выпускник Государственной полярной академии по специальности «Государственное и муниципальное управление».
– Журналисты спрашивают, что заставляет женщину с высшим образованием по тундре кочевать, – улыбается Александра. – А для меня непонятно, как жить иначе? Мои предки жили в тундре, родители кочевали, я на вольных просторах родилась и выросла. Для меня эта среда совершенно естественна, как для горожанина каменные джунгли.

После окончания университета Александра Анатольевна положенный срок отработала в средней школе села Ома. Преподавала местным ребятишкам русский язык и литературу, а затем вернулась в тундру. Оно и понятно… Кто хоть раз ямдал по вольным просторам, видел эти восходы и закаты, тому в четырех стенах тесно и душно. А филологическое образование никуда не денешь – правильная речь и литературные обороты гармонично дополняют женскую нарядную паницу, которую наша героиня всегда надевает на праздники.

Национальной одеждой Александра Латышева гордится, и этот наряд ей к лицу. Говорит, что эта паница старше ее будет, время от времени ее приходится реставрировать. Александра сама искусно шьет национальную обувь, шапки, малицы и узорные паницы, отлично управляет оленьей упряжкой. Хотелось бы больше, да материала сейчас нет, сетует женщина. Мол, на детскую паницу собрала, а для взрослой еще долго шитье добирать придется.

У молодой пары тружеников тундры подрастают двое сыновей, которые в совершенстве владеют родным ненецким языком и знают тонкости традиционного уклада жизни оленеводов.

– Один сын в школе учится сейчас, а второй после армии пришел и с нами кочует, – говорит Александра Анатоль-евна. – Но младший говорит, что после получения образования собирается с нами в тундре работать. Видит, что дело наших предков вымирает постепенно, и считает своим долгом кочевую жизнь продолжить, чтобы все знания и умения потом по роду передать. Хотя кто его знает, как все дальше будет. Поживем – увидим…

Для счастья мало надо
Третий раз с супругами Латышевыми встретиться пришлось уже поздно вечером. Соревнования и последующее награждение шли долго, поэтому договорились встретиться уже в сельской гостинице, куда наша снегоходная экспедиция остановилась на ночлег. Уже не чаяли увидеться и даже задремали, как долгожданные гости пришли. Ездили по делам. Это у нас, городских, только снегоходы заправить да у теплой батареи лечь, а с живыми олешками, чумами и дровяными печками возни намного больше будет.

По лицам наших гостей видно сразу – устали неимоверно. Но улыбаются и держатся так, как привыкли всю жизнь. Когда кочуешь, ни секунды без дела не сидишь. Все время работа, без конца и без края, словно тундра.

Дружно пришли супруги Латышевы, сели рядышком. Как росли рядом, в соседних оленеводческих бригадах, так и по жизни идут сообща, единой командой. Даже рисунок линии жизни у супругов на ладонях похож. Борозды в натруженных руках глубокие и долгие, как накатанная дорога.

В 1995 году Иван и Александра поженились. Скоро у супружеской пары серебряная свадьба. Хоть и знали друг друга с раннего детства, а близко познакомились, когда в Питере учились. Пересекались на встречах местного землячества, да так и закрутилось…
После Полярной академии Иван Поликарпович возглавил оленеводческую общину. Целый год пришлось в кабинете просидеть. Но сидячий образ жизни не по нему оказался. Ноги сами в тундру несли.

– Муж не захотел жить оседлой жизнью после завершения образования, – говорит Александра. – А я за ним как ниточка за иголочкой.
Ненецкими корнями супруги гордятся, но на свой манер. На углах не кричат, а незримую корону и невидимую мантию несут достойно. Говорят, что это их долг. И ведь не поспоришь…

На поясе у Ивана Поликарповича – красивая тасма, то есть пояс, куда крепится нож. Есть древнее ненецкое поверье, что в тасме вся мужская сила и доблесть, и в чужие руки ее давать не нужно. А уж женщинам трогать этот сакральный предмет ни в коем случае нельзя.

– Это уже вторая тасма у меня, – сетует Иван. – Первую, старинную, потерял нечаянно. Это бляшки медные из Ямала прислали, а клыки волчьи сам добыл недавно. В стадо повадился оленей драть, пришлось загнать, – показывает мужчина на трофеи.

Как и везде в современных ненецких чумах, старина мирно уживается с новейшими технологиями. Так и в кочевом доме семьи Латышевых спутниковое телевидение и навороченные гаджеты соседствуют с медным старым рукомойником, старинной упряжью и одеждой.

– Что сказать современной молодежи, – устало вздыхает глава семейства. – Так с лету и не скажешь… Главное, чтобы язык знали и тундру не забывали.

– Я бы женщинам пожелала хранить традиции, – подхватывает дрогнувшее знамя нетороп-ливой беседы его супруга Александра. – Молодежь сейчас хочет больше материальных благ. Стремится домами в поселках обзавестись, снегоход покруче купить. А для счастья совсем мало надо. Лишь бы муж здоровый был, у детей все хорошо было. Друг за дружку надо держаться крепко.

– Она у меня смелая, – вдруг светло улыбается Иван. – По осени бывает, что лед гнется, а она идет за мной, не отстает. А куда деться?

Автор — Виктория АЛЁШИНА

Ссылка на источник — nvinder.ru от 15 марта 2018